Все затихло в Москве. Редко, редко где слышится лязг колес по зимней улице. В окнах огней уже нет,
и фонари потухли. От церквей разносятся звуки колоколов и, колыхаясь над спящим городом, поминают об утре. На улицах пусто. Редко где промесит узкими полозьями песок с снегом ночной извозчик и, перебравшись на другой угол, заснет, дожидаясь седока. Пройдет старушка в церковь, где уж, отражаясь на золотых окладах, красно и редко горят несимметрич но расставленные восковые свечи. Рабочий народ уж поднимается после долгой зимней ночи и идет на работы.